пятница, 18 октября 2013 г.

Ночь в тоскливом октябре - 18 октября

Вчера мне удалось протащить его дальше по болоту, но он все еще был там. Я устал. Джек заперся со своими ингредиентами. Вокруг шныряли полицейские, обыскивали окрестности. С ними был и викарий, давал им наставления. Наступила ночь, и немного погодя я вернулся к болотистому участку, прогнал хорьков и снова принялся за работу.
Я трудился изо всех сил больше часа, разрешая себе лишь короткие перерывы, и вдруг понял, что я уже не один. Он был больше меня — один из самых крупных псов, которые мне когда-либо попадались за пределами Ирландии — и двигался так бесшумно, словно был частичкой ночи, оторвавшейся от нее и обретшей самостоятельность. Я даже позавидовал. Очевидно, он уловил тот момент, когда я осознал его присутствие, и двинулся ко мне длинными легкими шагами.
Поправка. Когда он подошел, я понял, что на самом-то деле он — не пес. Это был большой серый волк. Я быстренько припомнил все, что знал о позах покорности, используемых этими ребятами, и попятился от мертвеца.
— Вы можете забрать его, — сказал я. — Я не возражаю. Но он не в лучшей форме.
Он подходил все ближе. Чудовищные челюсти, огромные огненные глаза…
— Так вот он где, — произнес волк.
— Кто?
— Пропавший покойник. Нюх, ты прячешь вещественное доказательство.
— Можно сказать, я прячу то, что уже было спрятано. Кто вы?
— Ларри Тальбот.
— Вы меня одурачили. Я подумал — вы крупный волк… ух!
— И волк тоже.
— БЫЛИ волком, да? Переселение душ? Но сейчас ведь нет луны.
— Верно.
— Но как вам это удалось?
— Я могу проделывать это всякий раз, когда пожелаю, с некоторой помощью ботаники, и полностью сохранять способность мыслить разумно, — за исключением тех периодов, когда луна полная. Тогда это происходит только помимо моей воли и сопровождается некоторыми неприятными моментами.
— Ах так, понимаю. Впадаете в неистовство, как бесноватый человек.
— Бесноватый волк, — поправил он. — Да.
— А почему вы здесь?
— Шел по твоему следу. При обычных обстоятельствах это моя любимая пора. Ни намека на луну, которая могла бы меня смущать. Но я пожертвовал ею, чтобы провести небольшое расследование. Возникла необходимость поговорить с тобой. Поэтому я пришел. Кстати, что ты собираешься сделать с этим покойником?
— Я пытался оттащить его к реке и там сбросить в воду. Кто-то оставил его рядом с нашим домом, и я боялся, что заподозрят Джека.
— Я протяну тебе руку, то есть лапу по… Короче, я тебе помогу.
С этими словами он ухватил мертвеца за плечо и зашагал, пятясь назад. Он не собирался с силами для каждого следующего рывка, как приходилось делать мне. Он просто шел и шел, даже прибавлял скорость. Моя помощь была не нужна. Я бы даже мешал ему, если бы попытался где-нибудь ухватиться. Поэтому просто трусил рядом.
Спустя примерно час мы уже стояли на берегу реки и смотрели, как течение уносит труп полицейского.
— Не могу даже выразить, как я счастлив, — сказал я.
— Ты только что это выразил, — ответил он. — Пора возвращаться.
У нашего дома он, однако, не остановился.
— Куда мы направляемся? — спросил я, когда на втором перекрестке он повернул налево.
— Я говорил, что пошел тебя искать, потому что хотел поговорить. Но сначала я должен показать тебе кое-что. Если я правильно определил время, сейчас почти полночь.
— По-моему, она уже близко.
Мы подходили к местной церкви. Изнутри просачивался очень слабый свет.
— Передняя дверь наверняка заперта, — сказал он. — Но нам и не следует идти через нее.
— Мы идем в церковь?
— Таковы мои намерения.
— А вы там раньше бывали?
— Да. Я знаю, как туда попасть. Мы пойдем через заднюю дверь, если поблизости никого нет, пройдем через маленький вестибюль, повернем налево, а через несколько шагов направо по короткому проходу. Оттуда можно пробраться в ризницу, если там чисто.
— А потом?
— Если займем правильную позицию, то сможем увидеть.
— Что?
— Мне самому любопытно. Давай выясним.
Мы подошли к черному входу и прислушались. Внутри и поблизости никого не было. Ларри встал на задние лапы, причем выглядел он в такой позе гораздо грациознее, чем я. Но ведь у него было больше практики. Он зажал дверную ручку между передними лапами, нажал, повернул и медленно потянул.
Дверь открылась. Следуя известным ему маршрутом, мы благополучно достигли ризницы и расположились для наблюдений.
Служба была в разгаре. Среди немногочисленных прихожан, занимавших передние скамьи, была только одна женщина. Викарий стоял перед алтарем, который был задрапирован черной тканью, и читал проповедь. Ему приходилось напрягать зрение, так как мигающий свет был совсем слабым, горело всего несколько черных свечей. Ларри обратил мое внимание на то, что крест перевернут вверх ногами, я уже и сам это заметил.
— Ты знаешь, что это означает? — тихо спросил он.
— Религиозный сигнал бедствия? — предположил я.
— Послушай, что он говорит.
Я последовал его совету.
— …Нъярлатотеп, — читал он, — грядет прыжками через горы, скользит по холмам. Он подобен многоногому козлу, он стоит у стен наших, он глядит на окна наши, проникает сквозь жалюзи, рогами славы увенчан. Нъярлатотеп отверз уста и рек: «Восстаньте, темные мои слуги, и явитесь. Ибо, чу! — грядет зима, и льют холодные дожди. Цветы на земле почили, и песни птиц допеты. Черепаха лежит, зарублена. Фиговое дерево увядает, и также лоза виноградная. Восстаньте, темные мои слуги, и выходите…»
В этот самый момент женщина поднялась с места, и, слегка пошатываясь, начала снимать свои одежды.
— Вы меня убедили, — сказал я Ларри, запоминая лица прихожан, которые, как я заподозрил, входили в состав команды арбалетчиков.
— В таком случае давай сделаем то, на что он намекал, и выйдем, — сказал он.
Мы выбрались тем же путем и медленно пошли назад к перекрестку.
— Значит, он тоже участник, — сказал я через какое-то время.
— Именно ЕГО статус я хотел обсудить с тобой.
— Да?
— Мне известно, что в этих делах решающее значение отводится определенным геометрическим построениям, но мне никогда не удавалось разузнать все до конца, — сказал он. — Но знаю, что здесь важную роль играет местонахождение жилища каждого из игроков.
— Правильно. О! Понимаю, к чему вы клоните.
— Как влияет на схему его присутствие? Ты знаешь, как вычислять такие вещи, Нюх?
— Знаю. Я уже какое-то время хожу по этим линиям. Где он, собственно, живет?
— В коттедже за церковью.
— Достаточно близко. Теперь придется проделать гораздо больше расчетов.
— Мне необходимо знать центральное место, место проявления, Нюх.
— Я догадался, Ларри, и я вам скажу, когда вычислю его. Не расскажете о ваших планах? У меня такое чувство, что это нечто особенное.
— Извини.
— Вы становитесь частью моей проблемы.
— Каким образом?
— Если я не знаю, что вы замышляете, мне неизвестно, считать ли вас игроком, включать или нет ваш дом в диаграмму.
— Понимаю.
У перекрестка он остановился.
— А ты не мог бы проделать это двумя способами — со мной и без меня — и потом сообщить мне результат?
— И еще с домом викария и без него? Это было бы дьявольски сложно — просчитать дважды по два варианта. Почему вы боитесь рассказать мне? Вы уже почти признались, что вы — Закрывающий. Хорошо. И я тоже. Теперь вы довольны? Вашей тайне ничто не угрожает. Мы союзники.
— Дело не в этом, Нюх, — сказал он. — Я не могу тебе сказать, потому что не знаю. Я умею предвидеть. Я знаю кое-что о будущем, и я предвижу, что буду в центре в полнолуние. Да, я на вашей стороне. Но я в ту ночь стану безумным. Я все еще не нашел формулу для сохранения рассудка при смене луны. Я даже не уверен, что меня следует отнести к категории игроков. Но я также не уверен и в обратном. Во мне слишком много от джокера.
Я запрокинул голову и завыл. Иногда это единственное, что можно сделать.
Пошел домой, совершил обход, много думал, потом лег спать. Сегодня утром встретил Серую Метелку, когда шагал по окрестностям и делал расчеты.
— Привет, кошка!
— Привет, пес. На какой стадии находится твой проект по захоронению?
— Завершен. Выполнен. Кончен. Все уплыло. Вчера ночью.
— Восхитительно. Порой мне казалось, что его найдут раньше, чем ты туда доберешься.
— Мне тоже.
— Теперь нам надо быть очень осторожными, следить за тем, что говорим.
— И даже за тем, какими словами. Но мы взрослые, мы достаточно разумны, и мы оба знаем, что к чему. Итак, как дела?
— Не слишком хорошо.
— Проблемы с математикой?
— Мне не следует об этом рассказывать.
— У всех сейчас проблемы.
— Ты это знаешь? Или догадываешься?
— По другому и быть не может, поверь.
Она пристально поглядела на меня.
— Я тебе верю. Я только хотела узнать, почему ты так уверен?
— Боюсь, теперь уже я не могу тебе ответить.
— Понимаю, — сказала она. — Но давай не прерывать наши беседы только потому, что мы вступили во вторую фазу.
— Согласен. Думаю, это было бы ошибкой. Итак, как идут дела?
— Не слишком хорошо.
— Проблемы с математикой или с личностями?
— Ты быстро соображаешь. И те, и другие.
— Если ты решишь проблему, действительно ли Тальбот игрок, я тебе в обмен кое-что предложу.
— Что?
— Разумеется, я не могу сказать. Но это может пригодиться, если дела пойдут плохо.
— Я склонен принять твое предложение, но я еще не нашел ответа.
— Это уже мне кое-что дает, немного, но кое-что. Поэтому, вот тебе отрицательная информация, чего бы она ни стоила: это не может быть середина дороги. Хозяйка провела исследование и обнаружила веские метафизические причины того, почему этого не может быть.
— Я и сам пришел к такому выводу, но в метафизике я не разбираюсь. Ладно, все равно мы квиты.
— Скоро побеседуем снова.
— Да, скоро.
Я прогулялся к своему излюбленному месту для размышлений, невысокому холму на северо-востоке, с которого мог окинуть взглядом всю округу. Я назвал его Гнездом Пса. Я взобрался на верхушку одного из больших каменных блоков, которые там лежали, и передо мной открылся вид на предместье.
Личности…
Если ни Тальбот, ни викарий не участвуют, то я нашел хороший вариант для центра. И если только Ларри участвует, он все еще годится. Хотя я и сомневался насчет Графа, это надо будет проверить. Но викарий — тоже джокер. Если он идет в счет, а Ларри нет, то возникает равноценно хороший вариант центра — тот, который я недавно даже посетил. Если же и его, и Ларри следует считать игроками, то создается третье вероятное место проявления, к юго-востоку, — я еще не вполне рассчитал, где именно. Я пошел по широкому кругу, охватывающему вершину холма, делая расчеты и писая по очереди на каждый камень — и для того, чтобы отметить линии, и от отчаяния.
Потом я получил искомое место и мысленно отметил его. Если они оба играют, то большой старинный дом пастора, о котором я ничего не знаю, будет третьим вариантом места действия. Нужно будет только посвятить этому немного времени, чтобы увеличить вероятность выбора. Надо проверить.
Тут я понял, что мне не обойтись без помощи кошки. Я снова пошел искать Серую Метелку, но это оказалось не так просто. Никогда не найдешь этих кошек, когда они тебе позарез нужны. Однако время еще есть.

Комментариев нет:

Отправить комментарий